» » В России грядет бюджетная революция

В России грядет бюджетная революция

15-11-2015, 15:17

Бюджет-2016, который Дума в пятницу, 13 ноября, приняла в первом чтении, документ, вопреки возможным ожиданиям, совсем нескучный. Начну с того, что он загадочный. Что любой правительственный прогноз цены нефти – загадка, даже напоминать не стоит. Эти постоянно меняющиеся цифры, а то и тренды, давно из инструмента управления, а управлять, по классическому определению, значит, предвидеть, превратились в шоу. Раз так, пора учреждать премии. За лучшее хамелеонство; за скорость смены указателей; за верность следованию за событиями, а не впереди них.

В России грядет бюджетная революция

Мы давно слышим в оправдание цитату из Егора Гайдара: «Пытаться прогнозировать цены на нефть – лучший способ испортить репутацию», но если твоя репутация как раз зависит от верности прогноза, а это главная задача Минэкономразвития, то хоть ищи магический кристалл, но соответствуй. Я, например, не понимаю, почему аналитики инвестиционного банка Goldman Sachs недавно не поленились заглянуть в мировые резервуары нефти и нефтепродуктов и убедились, что бочкотара-то затоварена, а значит, нефть закупать про запас просто некуда, из-за чего цены на нее, кормилицу, могут обвалиться, а у прогнозистов Минэкономразвития до этого не дошли руки вместе с головами, хотя для них нефть куда важнее, чем для банкиров.

Но в бюджете есть и другие загадки. Он исходит из того, что в 2016 году ВВП РФ пойдет в рост, пусть всего на 0,7%, но не отвечает на вопрос: за счет чего? Предполагается дальнейшее уменьшение располагаемых реальных доходов населения на 0,7%, то есть потребительский спрос будет меньше. Инвестиции в следующем году, по прогнозу, уменьшаются на 1,6%. Так откуда же рост?

Есть смертоносная загадка. Иногда звучит мысль, что тягловой лошадью (или, вернее, танком) подъема экономики станут военные расходы. В следующем году они вырастут до 3,14 трлн рублей (4% ВВП), однако в относительном исчислении немного уменьшатся по сравнению с текущим годом: 19,6% в общей структуре расходов против 20,2%. Зато, по подсчетам экспертов Transparency International, засекречены 58,8% военных расходов России.

Понятно, что Transparency International намекает на коррупцию, стоит напомнить, что, уже по оценкам российской военной прокуратуры трехлетней давности, разворовывается каждый пятый рубль военных расходов, и за три года, как показывает дело Сердюкова, мало что изменилось. В том, что секретные расходы хороши для коррупции, никакой загадки нет, загадка в том, могут ли они существенно повлиять на рост экономики?

Есть и скромная загадка на триллион. Минфин уже считает возможным риск недобора доходов в 2016 году на 1 трлн рублей. Но нераспределенных резервов в бюджете тоже почти триллион. Это 500 млрд руб. из средств Резервного фонда и 342,2 млрд руб. «замороженных» накоплений пенсионной системы. Кроме того, Минфин предусмотрел и 65 млрд руб. неиспользованных остатков бюджета 2015 года. А по итогам года их может оказаться даже больше: на разных этапах подготовки бюджета назывались суммы вплоть до 150 млрд руб. Так есть рискованный триллион или его нет?

Загадки – интересный жанр. Их можно раскалывать по одиночке, а можно сложить, и тогда открывается новый вид. Итак, есть риск, что цены на нефть будут ниже бюджетных $50 за баррель, прогноз роста экономики в 2016 году не обоснован, Минфин, вероятно, разделяя и нефтяную, и макроэкономическую тревогу, уже предупреждает о возможной нехватке доходов и о том, что Резервный фонд будет исчерпан в конце следующего года, а не в 2017 году, как предполагалось при составлении проекта бюджета. Стоит напомнить, что замминистра экономического развития Алексей Ведев напутствовал принятие бюджета-2016, рассказом депутатам, что есть и сценарий спуска цен на нефть до $40 за баррель, что будет означать, что кризис в России продлится до 2020 года. Единороссы все выслушали и бюджет в первом чтении приняли.

А теперь попробуем заглянуть в 2017 год. Если цены на нефть будут колебаться даже на нынешнем уровне или незначительно выше, а бюджет остается без резервов, то что произойдет?

Мы знаем оранжевые, розовые, цветные революции. В России произойдет бюджетная революция.

Всерьез рассчитывать на дальнейшее резкое сокращение социальных расходов в год, предшествующий президентским выборам (мы говорим о 2017-м годе), вряд ли реально. На сокращение военных расходов – тем более.

Какой будет бюджетная революция? Во-первых, увеличение возраста выхода на пенсию. Во-вторых, рост налогов на бизнес. В-третьих рост налогов на граждан.

Беда не только в увеличении налогов. Их увеличение лишает экономику потенциала роста. Получается замкнутый круг: у сокращения расходов политические ограничители, у повышения налогов – экономические.

Как этот круг разорвать, подсказывает Сергей Глазьев. Его экономическая модель, основные черты которой – щедрая эмиссия, жесткий контроль доведения инвестиционных ресурсов до конкретных проектов, валютный контроль, вплоть до ограничения операций на валютной бирже, усиление административных отраслевых рычагов управления, – это экономический, социальный и политический разворот. Если модель Глазьева окажется политически востребованной, это будет уже не только бюджетная революция.

Кто сказал, что Россия исчерпала революционный лимит?!



Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться, либо зайти на сайт под своим именем. Или войдите с помощью одной из соц.сетей.
Комментарии (0)